В июне 1826 года в парадной части Зимнего дворца началось строительство зала, специально предназначенного для Военной галереи - выдающегося памятника героям войны против Наполеона. Архитектором проекта был назначен великий Карл Росси.
Это помещение знакомило всех посетителей лицом к лицу с теми героями, что встали на защиту страны и сумели отразить нападение казавшегося тогда непобедимым Наполеона. Сделано это было, конечно, не для современников, которые и так прекрасно были знакомы с участниками тех событий, а для будущих поколений, которые обязаны были помнить о таком важном эпизоде отечественной истории.
Так и вышло. Сегодня здесь находятся триста тридцать два портрета военачальников русской армии - участников кампаний 1812-1814 годов. Они стояли во главе войск (в той или иной степени влажности) с вторжения французских войск в Россию и до победоносного вступления русской армии в Париж.
Эти портреты на протяжении девяти лет писал английский художник Джордж Доу и его помощники - Александр Поляков и Василий Голике.
Доу к тому моменту уже прославился портретами английских генералов, выигравших битву при Ватерлоо. Художник был настолько популярным, что его пригласили в Ахен на «саммит» глав союзных стран, на котором утверждались новые границы Европы. Живописец должен был увековечить важных особ, дипломатов, государственных деятелей. Именно в то время Доу познакомился с императором Александром I. И работы художника, как и его личное присутствие на столь важной встрече, натолкнули монарха на мысль о создании портретной галереи своих полководцев. Возможно, ему хотелось, чтобы та же кисть, которая прославила героев Англии, воспела и русских военачальников.
Сказать, что российская творческая элита встретила художника враждебно, значит ничего не сказать. Многие известные люди того времени посчитали оскорбительным, что создание пантеона русской славы поручено неизвестному в России, да к тому же еще и иностранному живописцу. Однако Доу ни на что не обращал внимания и занимался своим делом. Специально один из залов Зимнего дворца был отдан ему под мастерскую, и художник сразу приступил к работе.
Работал он с невиданной скоростью. Каждые три-четыре дня появлялся очередной портрет. Современники отмечали, что художник мгновенно схватывал суть образа, который вскоре становился узнаваемым. Тогда многие герои сражений здравствовали, и он писал их с натуры. Умерших же, портретов которых не осталось, изображал по сохранившимся свидетельствам и рассказам очевидцев. Но вскоре Доу понял, что такой заказ в ограниченные сроки в одиночку исполнить сложно и попросил выделить несколько помощников.
Среди тех, чьи портреты надо было написать, были и настолько уже немолодые генералы, которые совсем не желали проделывать трудный путь по российским дорогам из своих губерний в столицу с той лишь целью, чтобы каких-то пару раз попозировать художнику. Поэтому многие из них были писаны с уже существующих портретов, присланных в Петербург со всех концов страны. Известно несколько курьезных случаев, когда жена отправляла портрет своего мужа времен его юности, с сопроводительным письмом: «Несмотря на то, что мой муж скончался в почтенных летах, могу свидетельствовать, что за эти годы он ничуть не изменился».
К открытию галереи многие портреты ещё не были написаны и на стенах были размещены рамы, затянутые зелёным репсом, с именными табличками. По мере написания картины размещались на своих местах. Большинство портретов писалось с натуры, а для уже погибших или умерших персонажей использовались портреты, написанные ранее. Однако для тринадцати умерших героев войны 1812 года изображений не нашли; в связи с этим отведённые для них места затянуты зелёным шёлком.
Пожар, начавшийся в Зимнем дворце 17 декабря 1837 года, уничтожил убранство всех залов, в том числе и Военной галереи. Но ни один портрет не пострадал.
Портрет Александра I работы Крюгера, в торце галереи
Георгиевский зал с оздан в 1787—1795 годах по проекту Джакомо Кваренги. Огромное двухсветное помещение зала было выполнено в классическом стиле. Освящён 23 ноября 1795 года в день Святого Георгия Победоносца, откуда и получил своё название.
Кваренгиевская отделка была полностью уничтожена во время пожара 1837 года. По указанию императора Николая I при восстановлении зала архитектором В. П. Стасовым и Н. Е. Ефимовым использован белый мрамор.
Летом 1841 года зал был готов. Но 9 августа 1841 года случилась обрушение перекрытий зала, в результате чего только что выполненная отделка была испорчена, утрачены люстры и паркет. Железные балки вырвало из стены, поскольку они оказались недостаточно заглублены. Несмотря на то, что комиссия, расследовавшая причины катастрофы, не нашла изъяна в применявшейся системе перекрытий, было принято решение её усовершенствовать — перекрытие зала сделали шатровым, стены надстроили.
Монументальность архитектурного решения была подчёркнута разбивкой металлического потолка на глубокие кессоны, внутренние поверхности которых декорированы орнаментальными композициями из выбивной позолоченной меди. По распоряжению Николая I рисунок паркета повторил разбивку и орнаментальные мотивы потолка. Уникальный паркет зала содержит рисунок, набранный из 16 пород дерева.
Здесь проводились официальные приемы, встречи с послами, парадные обеды, встреча иностранных делегаций.
Зал важных исторических событий. Именно в Тронном зале в 1906 году Николай II торжественно объявил об открытии первой Государственной Думы, а через 8 лет, в этом же зале, тот же император провозглашал манифест о вступлении России в Первую Мировую войну.
Большой императорский трон был исполнен в Лондоне в 1714 г. для русского императорского двора.
