Пока декоратор расставляет мебель, за стеной уже гремят молотки. Констракшн-менеджер командует стройкой, которая должна закончиться вчера.
Констракшн-менеджер руководит рабочими: «Эту стену передвигаем на метр. Здесь будет фальшкамин. Лестницу закрепить, но съемную». Он знает, какой пенопласт имитирует гранит, какой каркас не рухнет под весом актера, и где раздобыть 30 метров искусственного кирпича до обеда.

Он отвечает за все, что строится руками: каркасы, перегородки, лестницы, фальшполы, балки, фонтаны, колодцы. Если сцена происходит в древнем храме, значит это он командует, как возвести храм из фанеры, чтобы он выглядел как каменный, но весил как пенопласт.
Он работает по чертежам арт-директора, согласовывает решения с художником-постановщиком и держит в голове сотни мелочей: какие материалы безопасны, где можно срезать бюджет, какие элементы будут двигаться, ломаться или гореть в кадре.

Констракшн-менеджер — это строитель с мышлением продюсера. Он считает, планирует, закупает, набирает команду, распределяет задачи. Он знает, кого позвать, если нужно «сварить металлическую арку в стиле стимпанк». И знает, что сварщик пьет только растворимый кофе и работает в тишине.
Он же первый, кто на площадке, и последний, кто уходит. Потому что сцена не может ждать: если съемка завтра, стена должна стоять сегодня. Даже если ее придумали только вчера вечером.
Фильм без него, как дом без фундамента. В буквальном смысле.

Походили мы по городищу и затем нас через вот такие ворота вывели в лес.

Здесь сделана яма, видимо древляне сюда должны были пленников бросать

А вокруг на деревьях еще и какие-то  дозорные точки